Китайский фронт Трампа. Как геополитика влияет на войну в Украине?
Говоря о войне в Украине, конечно, нельзя не сказать о геополитическом контексте.
Несмотря на популярную точку зрения о том, что 24 февраля 2022 года "открыло новую эру в мире", на самом деле, все происходящее сейчас в Украине находится несколько в стороне от главной линии геополитического противостояния, хотя, потенциально может на него очень сильно повлиять.
Линия эта описывается так: запущенный Западом процесс глобализации привел к потери экономиками западных стран конкурентных преимуществ в сравнение с незпадными странами. В первую очередь – с Китаем. За счет открытых рынков товаров, технологий и инвестиций, незападные страны сначала обеспечили себе опережающий рост в промышленности, а затем начали догонять (а во многих сферах и перегонять) западные страны и в области науки и технологий.
Долгое время неконкурентоспособность западных экономик компенсировалась тем, что в руках Запада находились основные валюты международных расчетов и сбережений – доллар, евро, британский фунт. Поэтому Европа и США могли удерживать, при падение экономической эффективности, высокий уровень жизни и социальных стандартов за счет эмиссии денежной массы.
Однако к середине 20-х годов 21 века возможности печатного станка уперлись в потолок. Огромная масса напечатанных денег давила на экономику, привела к астрономическому росту государственных долгов и поставила западные страны перед лицом серьезнейших рисков для их финансовой системы. При том, что Китай продолжил наращивать свое промышленное превосходство.
Ответом на это стала политика президента Трампа, который начал торговую войну со всем миром, стремясь, в первую очередь, обеспечить возврат производств в США даже за счет своих союзников, навязывая им неравноправные торговые отношения.
Но особенно жесткой была торговая война с Китаем. Осенью в ней было заключено перемирие, которое, однако, не решило для США задачу "обезвреживания" своего основного противника. Наоборот – хоть Пекин и пошел на некоторые уступки по торговле, но и США были вынуждены сдать назад по ряду ключевых позиций. В том числе, разблокировав поставки критически важных чипов.
При этом Китай показал, что у и него есть сильный рычаг давления на мировую экономику в виде поставок редкоземельных металлов, по многим видам которых КНР является монополистом.
Трамп, по итогам торговой войны, может записать в свой актив резкое ускорение экономического роста в США под конец года.
Однако главную проблему он по-прежнему не решил: не добился ослабления позиций Китая в мировой торговле. Наоборот – Пекин укрепляет их, достигнув рекордного в мировой истории триллионного профицита торгового баланса.
Поэтому, скорее всего, мы наблюдаем лишь передышку перед новым этапом битвы.
Битва эта носит предельно жесткий характер и потому никаких вариантов исключать нельзя.
У Китая есть одно "узкое" место – это зависимость от морской торговли. По морю идет львиная доля экспорта и импорта.
Американский флот по-прежнему являются доминирующим в мировом океане. И, время от времени, в экспертных кругах появляются предположение, что США могут попытаться заблокировать или сильно ограничить судоходство в Китай (по данным СМИ, Пекин также воспринимает эту угрозу серьезно, а потому и быстро наращивает запасы нефти).
Вашингтон уже начал практиковать захват судов, введя морскую блокаду Венесуэлы. Также был случай, когда американцы перехватили судно с китайскими товарами для Ирана.
То есть, отработка схемы уже идет.
Безусловно, для Китая, если США действительно начнут его морскую блокаду, это будет грандиозным вызовом, приравненным к объявлению войны. А потому и реакция может быть максимально жесткой. Поэтому пока американцы, скорее, захватами кораблей тестируют реакцию.
Но, так или иначе, противостояние между Китаем и США разворачивается полномасштабное и любые методы могут быть использованы.
Исходя из этого, главного для себя, "фронта" Трамп выстраивает политику и по другим направлениям. В том числе и по войне в Украине.
С начала 21 века поддержание напряжения между Украиной и Москвой использовалось Вашингтоном как фактор разрушения отношений Европы и России с целью не допущения создания мега-альянса ЕС и РФ, который мог бы на равных конкурировать по всем позициям с Америкой и Китаем или даже превосходить их (подробно об этом мы писали в отдельном материале).
К настоящему времени, после всего, что произошло, вероятность создания такого альянса в какой-то перспективе может быть и не равна нулю (в случае прекращения войны российско-европейские связи начнут восстанавливаться), но явно не сильно большая.
Поэтому для Вашингтона на первый план выходит противостояние с Китаем. И здесь встает вопрос отношений с РФ, которая за последние годы очень сильно сблизилась с КНР.
Россия может значительно снизить эффект от возможной морской блокады Китая, поставляя ему почти все необходимое сырье по суше. Кроме того, если дело дойдет до военного противостояние и к Китаю примкнет РФ, ситуация для США станет предельно угрожающей – совместный ядерный арсенал Китая и Россия превосходит американский (при том, что если брать отдельно КНР, то ядерных боеголовок у нее горздо меньше, чем у Америки).
Поэтому уже неоднократно говорилось, что основная задача Трампа – "оттянуть" Россию от Китая.
Правда, превратить Москву в союзника США в противостоянии с Пекином малореально. РФ вряд ли будет рвать связи с крупнейшей промышленной державой мира и своим соседом. Однако, добиться того, чтоб Россию стала нейтральным государством по отношению к американо-китайскому противостоянию (как Турция по отношению к войне РФ с Украиной, например) задача вполне реализуемая. Тем более, что к такой позиции тяготеет и сам Кремль, стремясь не зависеть от какого-либо центра силы.
В связи с этим, Трамп произвел тектонический переворот в политики Запада в отношении Путина. Если ранее стратегией США и ЕС было, как любят говорить в Москве, "нанесение России стратегического поражения" (как минимум – смена власти в РФ, как максимум – преобразование РФ в конфедерацию, то есть – управляемый распад страны), то Трамп дал понять, что готов сближаться, причем очень тесно, с Россией в том виде, в котором она есть сейчас. То есть – с Путиным во главе. По большому счету, этот поворот наметился еще раньше – с 2023 года, когда провалился мятеж Пригожина, а украинское контрнаступление на Крым не увенчалось успехом, что значительно снизило на Западе число тех, кто верил в возможность нанесения "стратегического поражения России". Но именно Трамп оформил это изменение в новую доктрину.
Ее составной частью и стали усиленные попытки Трампа достичь прекращения войны в Украине.
Однако, на этом пути он столкнулся с рядом серьезных препятствий.
Во-первых, Путин, понимая, насколько велики сейчас ставки в геополитической игре, не хочет продешевить. А потому и выставляет свои довольно обширные условия завершения войны (вывод украинских войск из Донецкой области и т.д.), предлагая Трампу давить на Киев и Европу, чтоб те согласились их выполнить и тогда война будет закончена, а отношения США и РФ восстановлены. Либо, как вариант, "отвязать" процесс восстановления российско-американских отношений от войны в Украине. То есть, условно говоря, снять с РФ санкции, при том, что бои продолжатся.
Во-вторых, сам Трамп ограничен в своих действий по сближению с Россией рядом факторов. Прежде всего, это сложившееся на Западе восприятие РФ как одного из главных потенциальных противников, экзистенциальной угрозы для США (тем более, что Россия - единственная в мире страна, обладающая таким же ядерным потенциалом как и Америка). И вторжение РФ в Украину эти настроения и в элитах, и в западном обществе в целом только укрепило и теперь "поменять концепцию" сходу трудно. Особенно с учетом антизападной риторики Москвы.
Кроме того, внутри самой Республиканской партии есть влиятельное крыло, связанное с ВПК и нефтегазовым бизнесом, которое считает, что США выгодно не примирение с Россией, а продолжение противостояния с ней. Поэтому нужно ужесточать санкции дабы выдавить с мирового рынка российские энергоносители, заменяя их американскими, а также продолжать войну в Украине, чтоб зарабатывать на поставках оружия, а заодно и помогая украинцам ослаблять РФ, нанося удары по ее военным и нефтяным объектам. Это же крыло продвигает тезис, что о чем-либо договариваться с Москвой бессмысленно, так как она все равно будет в антиамериканском лагере.
Наконец, в целом в американском истеблишменте (как демократическом, так и республиканском) Трампа не любят, а потому успехов ему не желают. В том числе и в деле завершения войны в Украине.
Все это и приводит к тому, что внутри команды Трампа так и не появилось единой линии в отношении РФ и по войне в Украине.
И если, например, Вэнс, а также военный министр Хегсет, настроены скептически в отношении поддержки Украины в войне с РФ и более склонны искать компромиссы с Москвой, то, например, ЦРУ во главе с Рэдклифом принимает деятельное участие в планировании атак Украины против российских энергообъектов и на днях доложило Трампу о том, что Украина не наносила удар по резиденции Путина, после чего президент США сделал перепост очень жесткой антикремлевской статьи из близкой к "ястребиному" крылу Республиканской партии газеты New York Post.
"Ястребы" советуют Трампу максимально жестко давить на Россию: вводить санкции против покупателей ее нефти, дать Украине Томагавки и захватывать танкеры с российской нефтью (к чему призывает, например, сенатор Грэм).
Но так как подобные действия чреваты началом прямого конфликта РФ и Вашингтона с риском ядерной войны, то Трамп от них всячески уклоняется. По крайней мере пока.
Однако, по всему видно, что у него нарастает раздражение от того, что он не может реализовать один из ключевых своих стратегических планов – завершить войну в Украине и восстановить отношения с РФ, чтоб отвязать ее от Китая. Причем сделать это еще до довыборов в Конгресс США, чтоб получить дополнительные политические очки для республиканцев.
Вопрос только в том, в каком направлении это раздражение выплеснется. Часть окружение Трампа подталкивает его к давлению на Киев (но тут срабатывают описанные выше сдерживающие факторы). Часть – к давлению на Москву (однако есть сильные опасения эскалации).
Но то, что Трамп, с учетом очень высоких ставок, в конце концов сделает некие резкие движения, если его проект по завершению войны в Украине будет и далее тормозится – вполне вероятно.
